Лингвистическая

Казанская лингвистическая школа (КЛШ) является одной из самых знаменитых научных школ мирового языкознания. Она была основана в Казанском университете в семидесятые годы XIX столетия профессором Иваном Александровичем Бодуэном де Куртенэ и связана с деятельностью таких лингвистов, как И.А.Бодуэн де Куртенэ, Н.В.Крушевский, В.А.Богородицкий, В.В.Радлов, А.И.Александров, А.И.Анастасиев, А.С.Архангельский, С.К.Булич, А.М.Селищев и др.

Казанская лингвистическая школа была общетеоретической школой, представления которой о предмете и методах языкознания создали новую парадигму мировой лингвистической науки. “Молодые казанские лингвисты, – писал шведский ученый Б.Колиндер, – составили авангард современного структурализма”. Другими словами, облик языкознания XX века определили ученые Казанской лингвистической школы. Своими трудами они положили начало многим научным проблемам и научным отраслям языкознания, которые стали разрабатываться в XX веке и только потому, что они уже были поставлены в повестку дня научных исследований, а были поставлены они представителями КЛШ.

Казанская лингвистическая школа была первой в мировой науке социально-психологической школой языкознания. Бодуэн де Куртенэ писал: “Так как язык возможен только в человеческом обществе, то кроме психической стороны мы должны отмечать в нем всегда сторону социальную. Основанием языковедения должна служить не только индивидуальная психология, но и социология (до сих пор, к сожалению, не настолько еще разработанная, чтобы можно было пользоваться ее готовыми выводами)”

Развивая идею социальной сущности языка, казанские ученые в качестве одного из своих основополагающих принципов считали признание равноправности всех языков, полная демократизация объекта исследования. “Нет языков привилегированных, аристократических, все языки заслуживают внимания языковеда и всестороннего изучения – вот лозунг “Казанской лингвистической школы”, – писал Бодуэн де Куртенэ. Верные своим принципам, казанские ученые вели борьбу за необходимость изучения языков местных народов – татар, марийцев, чувашей и др. Бодуэн говорил, что Казанский университет самой историей поставлен в исключительные условия, которых не имеет ни один университет России: он расположен в крае, населенном представителями минимум трех языковых семей – славянской, тюркской и финно-угорской, а потому должен стать центром по изучению языков, культуры, истории народов, носителей этих языков. Он добился восстановления в университете кафедры тюркских и финских языков, добился факультативного преподавания татарского языка в университете для желающих, имел среди своих учеников студентов-татар и активно поддерживал их в учебе. В.А.Богородицкий, по примеру своего учителя, глубоко занимался проблемами тюркологии, а среди его учеников наиболее талантливым был Г.Шараф.

КЛШ обогатила мировую науку рядом новых исследовательских методов, в частности, экспериментальным фонетическим методом, методом относительной хронологии языковых явлений, статистическим методом, дав тем самым начало таким разделам языкознания, как экспериментальная фонетика, квантитативная лингвистика и др.

Но главное методическое решение ученых КЛШ – это разработка соотношения исторического (диахронического) и описательного (синхронического) изучения языка, языковой статики и динамики. О существовании таких подходов к языку знали еще со времен Гумбольдта. Опираясь на антиномию устойчивости и подвижности в языке В.Гумбольдта, ученые КЛШ разработали учение о дихотомии динамики и статики в языке, причем разработали с позиций чистой диалектики, видя в языке феномен постоянно функционирующий и одновременно постоянно развивающийся. “Нет неподвижности в языке, – говорил Бодуэн де Куртенэ, – В языке, как и вообще в природе, все живет, все движется, все изменяется. Спокойствие, остановка, застой – явление кажущееся; это частный случай движения при условии минимальных изменений. Статика языка есть только частный случай его динамики или скорее кинематики”. Петербургский ученик Бодуэна акад. Л.В.Щерба назвал этот метод учителя “динамической синхронией”.

Об основных научных проблемах, которые разрабатывали представители Казанской лингвистической школы, хорошо сказал сам И.А.Бодуэн де Куртенэ:

1. строгое различение звука и буквы;
2. различение фонетической и морфологической делимости слов;
3. различение чисто фонетических (антропофонических) и психических элементов в языке;
4. различение изменений, совершающихся каждовременно в данном состоянии языка, и изменений, совершавшихся в истории;
5. преимущество наблюдений над живым языком;
6. важность анализа и разложения единиц языка на их отличительные признаки;
7. стремление к теоретическим обобщениям, без которых “не мыслима ни одна настоящая наука.

Все эти принципы определяют статус Казанской лингвистической школы как действительно научной общетеоретической школы европейской лингвистики того времени, теоретической школы с прогрессивной исследовательской методикой.

Казанские лингвисты понимали язык как сложную систему разнородных элементов (фонетических, морфологических, синтаксических и др.), которая постоянно изменяется. Они обогатили учение о системности языка открытием основных единиц каждого языкового уровня: фонемы, морфемы, лексемы, синтагмы и др. Таким образом, казанские ученые не только развивали учение о языке как о системе, но представили языковую систему, как стройную организацию разных ее сторон (ярусов, или уровней, как их назовут в XX веке), имеющих основную единицу каждого уровня. Фактически все основные языковые единицы были открыты в Казанском университете и последующим поколениям ученых оставалось только детальное их изучение, что мы и наблюдаем, обращаясь к развитию языкознания XX века.

И.А.Бодуэн де Куртенэ и его казанские ученики были крупными учеными, прославившими российскую науку. Новое поколение казанских лингвистов стало продолжателем традиций славной Казанской лингвистической школы. Возрождение и развитие этих традиций затронуло все основные направления казанской лингвистики нового времени. А такими направлениями были:

• диалектология, которую возглавляла первая заведующая кафедрой русского языка восстановленного факультета Е.К.Бахмутова;
• экспериментальная фонетика – направление, которое родилось в Казанском университете при Бодуэне, а в продолжение традиций КЛШ его возглавляла Л.В.Златоустова;
• современный русский язык – направление, которое в продолжение традиций ориентации бодуэновцев на изучение живых языков возглавляла Н.А.Широкова;
• история русского языка – направление, сторонники которого стараются в своих исследованиях воплотить основной методический принцип КЛШ – изучать язык как развивающийся и одновременно функционирующий феномен, – возглавлял В.М.Марков;
• направление всестороннего изучения татарского языка, начало которому положено работами В.А.Богородицкого и продолжено современными учеными;
• наконец, направление лингвистической типологии, контактологии и двуязычия (Э.М.Ахунзянов).

 

Нынешнее поколение лингвистов Казанского университета свято чтит память выдающихся ученых Казанской лингвистической школы. Отмечались юбилеи Н.В.Крушевского, В.А.Богородицкого, И.А.Бодуэна де Куртенэ. В работе трех международных конференций, посвященных Казанской лингвистической школе и ее основателю и проведенных в Казанском университете в 1995 – 2003 гг., приняли участие ученые, представители научных школ Москвы, Петербурга, Саратова, Волгограда, Парижа, Варшавы, Гиссена, Гранады, Лозанны, университетов США, Китая, Йемена, стран ближнего зарубежья и др. Конференции еще раз показали возрастающий интерес во всем мире к научным идеям Бодуэна де Куртенэ и его казанских учеников. Многие из этих идей еще ждут своего полного развития – это нейрохирургия, поставляющая точные данные нейролингвистике, применение в широком аспекте математических методов и процедур в исследованиях языка и речи, дальнейшее сближение естественных наук с гуманитарными, изучение человека в его связи с внешней средой и особенностями психической деятельности и, конечно, собственно лингвистика во многих ее проявлениях: психолингвистика, этнолингвистика, социолингвистика и др. Все эти и многие другие научные проблемы восходят к идеям Казанской лингвистической школы, которые в значительной степени определили пути развития языкознания XX века.